Роман Коржов: на Фабрике-кухне со временем будет художественная школа


IMG_9938Роман Коржов, старший научный сотрудник Приволжского филиала ГЦСИ, ответственный за создание в Самаре Средневолжского филиала Государственного центра современного искусства (ГЦСИ).

4 марта 2015
Открытие 7-й презентации программы «Волга. Ноль»
Художник: Владимир Логутов

О Фабрике-кухне — о той самой, расположенной в самом центре Самары, и о центре современного искусства, Роман Коржов:
-Дорогие друзья, спасибо, что посетили нашу седьмую выставку художественной программы «Волга. Ноль», на которой мы представляем талантливого художника Владимира Логутова и его проект, о котором вам расскажут кураторы программы – Неля Коржова и Константин Зацепин.

Мне лишь хотелось отметить тот факт, что программа проходит на территории Фабрики-кухни, в стенах которой после реставрации и ремонта разместится Средневолжский филиал Государственного центра современного искусства – новый музейно-выставочный комплекс, который будут посещать жители и гости Самары.
Всё это произошло благодаря усилиям неравнодушных людей – группе архитекторов во главе с Виталием Стадниковым, которым удалось остановить снос памятника культуры; депутату Государственной Думы – Александру Хинштейну, при поддержке Министерства культуры России и областного правительства ему удалось решить, казалось, неразрешимую ситуацию вернуть здание в государственную собственность и найти средства на восстановление и развитие этого проекта. Спасибо им большое!
В октябре 2013 появился приказ Министра культуры РФ о создании Средневолжского филиала: это седьмой по счету филиал Государственного центра современного искусства в стране. ГЦСИ и все его филиалы располагают уникальными знаковыми памятниками архитектуры, которые являются действительно культурным достоянием в Российской Федерации и известны во всём мире.
Фабрика-кухня — один из лучших примеров в этом ряду: в прошлом году Фабрика-кухня участвовала в выставке «Зодчество 2014». Она входила в пятерку самых значимых объектов русского конструктивизма наряду со строениями Мельникова, наряду с Белой башней в Екатеринбурге, наряду с Шуховской башней. Всего было отобрано пять объектов, и Фабрика-кухня в Самаре была одним из них.
Когда здесь всё будет отреставрировано и запущено, я надеюсь, вы сможете оценить идею архитектора Максимовой, которая сделала уникальный проект. Это единственный в мире образец здания в виде символа — серпа и молота, где была реализована, с одной стороны, утопическая мечта, но тем эта идея ярче звучит – это освобождение женщин от домашнего труда: здесь, в молоте, приготовлялась пища, в серпе она потреблялась. Это была такая супер-идея, когда люди могли не готовить дома, у них было свободное время, они приходили сюда и как бы потребляли готовую еду, что было гораздо дешевле.
Отношение к этому проекту со стороны Министерства культуры очень серьёзное, как и отношение со стороны всей общественности. Со временем это будет большой культурный полифункциональный центр современного искусства, где будет представлено много разных направлений: это работа с детьми, открытая медиатека, будут большие публичные пространства, где будут проходить лекции, мастер-классы, появятся также резиденции для художников, кураторов, профессионалов современного искусства, будет организована школа современного искусства. У нас в Самаре, наконец-то, появится большое пространство для искусства – большое и вместительное, которое будет расположено в серпе, и предназначено именно для демонстрации произведений искусства.
В Самаре пока очень мало выставочных специализированных помещений, все они находятся в «старой» части Самары, Фабрика-кухня расположена в географическом центре города и поэтому мы надеемся, что у нас будет своя особенная аудитория, не только которая посещает выставки, но и те люди, которые, может быть, никогда не ходили в музеи. Сегодня я, например, вижу здесь очень много людей, которых никогда не видел, это очень приятно, что они пришли на это событие.
— Министерство культуры в дальнейшем будет финансировать проект?
Оно уже финансирует. Идёт работа по созданию проекта реконструкции, реставрации и приспособления. Например, сейчас во дворе берут пробы грунта. Сохранившиеся аутентичные части здания будет реставрироваться. Ориентир – это первоначальное состояние 1932 года. А приспособление – это проект, который включает в себя то, что здесь будет, как это будет распределено по той инфраструктуре, которая есть. Потому что кроме самой Фабрики-кухни, есть еще территория. Есть, например, склад, который мы переделали в прошлом году под «летний» выставочный павильон. За ним есть котельная, которая тоже будет преобразована во что-то, далее гараж, есть небольшой парк, маленький домик на входе – это такой комплекс.
— В планах только современное искусство, это будет поддержка именно художников только такого направления?
Современное искусство многообразно, просто в нашей ситуации пока мы можем показывать только видео, к сожалению.
— А какие планы, если не секрет, кроме видео, ещё на Фабрике-кухне?
— Здесь, кстати, был уже перфоманс: Настя Альбокринова делала во дворе, здесь у неё был интересный образ «другого» существа – парафраз Морры, литературного героя «Муми-троллей». Одна из идей развития связана с едой: еда как среда или «медиум», который подразумевает высказывание художника. Есть много произведений, связанных с едой.
— Знаете ещё что интересно: раз уж министерство культуры финансирует это направление, оно признает его как часть культуры. Соответственно, следующим шагом может быть какая-то работа в образовательных учреждениях, планируется включать в школьную программу, программу вузов, например рассмотрение каких-то авторов современного искусства.
— Мы давно работаем с вузами. В прошлом году, например, когда мы делали специальный проект Ширяевской биеннале — «Бурлаки», было несколько экскурсий для студентов, позже состоялся цикл лекций в Самарском аэрокосмическом университете.
— Когда здание будет отремонтировано, то, чтобы здесь выставляться, нужно разрешение взять у вас? Как будет происходить аккредитация, выбор работ?
— Надеюсь, что у нас будет свой художественный совет. Как он будет формироваться – пока это в процессе обсуждения. Большой художественный совет ГЦСИ уже существует, он включает в себя все филиалы и составляет общую программу выставок и других проектов. Надеюсь, что большая часть наших программ будет посвящена привозному искусству, поскольку для нас очень важен зрительский интерес, а также это принесет пользу и представителям «местной» художественной сцены, которая получит дополнительные стимулы для развития. Конечно, у нас обязательно будет выставочная программа, ориентированная на местных художников, такая как «Волга. Ноль» например.
Художественный совет как сообщество экспертов – кураторов, представителей дружественных институций в неформальном виде уже существует, так или иначе. Чем больше у нас будет партнеров, тем больше будет возможностей в плане выставок и образования, а также развития резидентских программ для самарских художников. Пока что существует одна – в Штутгарте, работает с 1998 года по линии побратимских отношений между Самарой и Штутгартом. Если посчитать – около 20 самарских художников посетили Штутгарт за это время, и это был впечатляющий художественный опыт для них. Надеюсь, таких программ будет больше, и мы заинтересованы в их развитии.
— А привозное искусство — из каких-то стран других, или из Москвы, или откуда?
— Из других стран в том числе, из других регионов.
— Что такое современное искусство, в чем его отличие от традиционного искусства? Как оно у нас в городе появилось? Какие у него перспективы развития?
— Вероятно, вы пытаетесь разделить традиционное искусство и нетрадиционное. Мне кажется, что эта граница также достаточно искусственна и в какой-то мере умозрительна. Я глубоко убежден, что искусство есть искусство, а традиционное оно или не традиционное… Кстати, кажется слово «традиционное» не употребляется по отношению к искусству – есть выражение «традиционные промыслы», это многое объясняет. Конечно, это тоже «искусство», и оно сильно связано с исполнительским мастерством, традицией изготовления предмета – такими, например, как палехские шкатулки или жостовские подносы. Понимаете, произведение искусства либо есть, либо его нет, либо есть что-то декоративное, которое выполняет другие, например, украшательские функции и поэтому не убедительно с точки зрения на феномен самого искусства. Тем не менее, существует «язык» современного искусства – это явление связано с развитием, но «ключ» к пониманию искусства, я думаю, мало изменился – по-прежнему важны «впечатление» и «эмоциональное восприятие», например.
А в нашем городе современные направления искусства живут достаточно давно. Здесь вы можете увидеть несколько поколений самарских художников, которые выросли здесь, которые занимаются современным искусством, которые участвуют в разнообразных российских и международных выставках.
— Вы как относитесь к советскому прошлому?
— Замечательно, поскольку я сам из советского прошлого.
— Именно поэтому вы так за это здание и сражались? Оно было ценно как память, как ностальгия по советскому прошлому?
— Нет. Просто какие-то вещи я понимаю как художник. Для меня близки пластические идеи, связанные, в том числе, и с архитектурой. Вот в этом здании совершенно гениальным образом были реализованы внутренние технологические схемы, воплощённые в образ серпа и молота. Эта пластика — слияние образа и внутреннего фмункционализма абсолютны и настолько совершенны, что действительно памятник является шедевром.
— А по поводу образовательной деятельности для детей?
— Будем ли мы учить рисовать? Мне бы хотелось, поскольку сам учился в художественной школе, в училище и знаю, о чем говорю – нужно что-то уметь делать своими руками. Занятие искусством также связанно с созданием образов. Не во всех школах объясняют, чем они там занимаются на самом деле, кроме того, что они рисуют натюрморты. Мы хотим ситуацию эту немного исправить.
— Вы такой вариант не рассматриваете, чтобы перенести художественную школу в помещение Фабрики-кухни?
— Художественная школа будет со временем, когда ГЦСИ получит лицензию на образовательную деятельность, а пока, тем не менее, в Фабрике-кухне планируется открытие детской студии, но и это будет после всех восстановительно-ремонтных работ.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *